Дмитрий Анчуков


oAsvawJFX5M

 

— Как тебя зовут?

Меня зовут Дмитрий Анчуков.

 

— Кем ты работаешь?

Я работаю промышленным альпинистом 11 лет

 

— Расскажи о своей работе/профессии. Что тебе в ней нравится?

Как ни странно, моя профессия зародилась на парусных кораблях, прошла эволюцию на горных склонах и в пещерах и кристаллизовалась в наше время в городских условиях.
В моей работе привлекает разнообразие: сегодня я обследую дымовую трубу, завтра чиню люстру в бизнес-центре, а в конце недели помогаю друзьям или отдыхаю.

 

— Почему твоя работа важна?

Моя работа важна потому что она делает мир лучше. С созидательной точки зрения.

 

— Расскажи, какие проколы, татуировки или модификации видят люди, с которыми ты общаешься по работе.

Люди видят необычные татуировки на моих руках и проколы в левом ухе (это память о юности, проведенной в море).

 

— Случались ли в твоей жизни какие-нибудь курьёзы, связанные с работой и пирсингом?

Когда после университета я хотел устроиться в издательство, одним из условий дирекции было отсутствие пирсинга. По мне, так важнее твой уровень профессионализма, а не количеств проколов на теле, потому я и не стал вынимать серьги из уха. Да и книги они выпускали крайне скучные, малым тиражом и бог знает для кого.

 

— Как люди реагируют на твой внешний вид? Часто сталкиваешься с предрассудками по этому поводу?

В свое время я трудился на оборонном заводе, причем был не просто рядовым сотрудником, а руководил группой высотников. Мой непосредственный начальник, кстати бывший полковник, сильно придирался к нашему внешнему виду, но, увидев, что мы умеем работать, угомонился и даже пообещал в конце проекта наградить меня серьгой перед строем подрядных организаций . Мы все сделали, а вот полковник обещание не сдержал.

 

— Бывало так, что твой пирсинг мешал работе? Или наоборот, помогал?

Да, после свежего прокола не очень удобно работать на высоте, правда в это время вообще ничего не удобно делать. Но при правильном уходе за пирсингом дискомфорт сводится к минимуму.
После того, как всё зажило — не припоминаю ничего такого.

 

— Приходилось ли тебе отстаивать своё право носить пирсинг на работе?

В моей работе никогда не случалось проблем из-за пирсинга. Кстати, напарник недавно заказал кольцо в виде карабина. Пирсинг — это финальный штрих к портрету, а не форма протеста против системы. Сейчас никого не удивишь проколом в носу. Можно удивить только качественным кольцом в носу. 🙂

 

— Как думаешь, уважают ли тебя коллеги на работе? За что?

Весь промышленный альпинизм строится на взаимном уважении. Если тебе не нравится человек, не устраивает, как и на чем он работает, то проще показать на дверь, чем терпеть дилетантство или подвергать себя ненужному риску.

 

— Что бы изменилось в твоей работе, если бы у тебя не было пирсинга и татуировок?

Да ничего бы не изменилось — я довольно давно все сделал и не вижу ничего особенного в пирсинге или татуировках.
Раньше у мужчины кольцо в ухе означало историю: он моряк или бывший рокер/байкер/альтернативщик/потомок казаков или же вообще проколол это память о чем-либо важном. В последние 5-7 лет люди просто хотят подчеркнуть свою красоту и индивидуальность за счёт хорошего пирсинга.

 

— Хочешь что-нибудь сказать нашим читателям напоследок?

Да, не бойтесь проколов — со всеми случается.

 

Выбрать пирсинг для себя