Ольга Молис


— Как тебя зовут?

Ольга Молис.

 

— Кем ты работаешь?

Я работаю инженером-программистом.

 

— Расскажи о своей работе/профессии. Что тебе в ней нравится?

Для меня программирование — это отчасти творческий процесс: я могу создавать что-то новое, что-то полезное для людей, и при этом моё творение делает то, что я придумала, и так, как я того захотела.

 

— Почему твоя работа важна?

Когда человек хочет стать пилотом или космонавтом, он проходит обучение на тренажёрах, которые позволяют отработать поведение в каких-либо ситуациях, нередко экстренных, требующих быстрой реакции и сохранённой ясности ума. Такая подготовка необходима — без отточенных должным образом навыков экипаж воздушного судна может попросту погибнуть в случае какого-либо ЧП. Что такое тренажёр? Это набор элементов (плат, схем, кнопок) и программного обеспечения, которое отвечает за взаимодействие этих элементов между собой и реакцию на какие-либо действия пользователя. Моя работа важна, потому что имеет самое прямое отношение к созданию обучающих систем для экипажа.

 

— Расскажи, какие проколы, татуировки или модификации видят люди, с которыми ты общаешься по работе.

В первую очередь, конечно, люди замечают проколы на лице: симметричные проколы нижней губы, прокол крыла носа (авторства Ксюши из Скальпельбурга), когда собираю волосы, на фоне выбритых висков становится виден индастриал, а особенно внимательный собеседник может заметить и пирсинг языка.

 

— Случались ли в твоей жизни какие-нибудь курьёзы, связанные с работой и пирсингом?

Перед последним трудоустройством меня направили в ПНД для психиатрического освидетельствования (это была не прихоть работодателя, а требование ТК РФ). Сижу я в кабинете у врача, заполняю бумажки, никому не мешаю, как вдруг… «Что случилось у вас с лицом?» я в полнейшей растерянности уточняю у врача, что у меня с ним [не так] — никаких шрамов, гиперпигментации, второго носа и третьего глаза вроде нет. «Вы его модифицировали!» Пытаюсь объяснить, что считаю пирсинг красивым и нравлюсь себе с ним гораздо больше, после чего меня… записывают в мазохисты. Непосредственно на рабочем месте, к счастью, ничего подобного со мной не происходило.

 

— Как люди реагируют на твой внешний вид? Часто сталкиваешься с предрассудками по этому поводу?

Не всегда меня сразу начинают воспринимать всерьёз, так как до сих пор у многих людей пирсинг ассоциируется с подростками, ребячеством и несерьёзностью. Бывало, что и за наркомана принимали. Сейчас на работе люди постарше в основном интересуются, зачем это нужно, что это значит и не больно ли было прокалывать, либо же деликатно молчат.

 

— Бывало так, что твой пирсинг мешал работе? Или наоборот, помогал?

Иногда, когда слишком напряжённо о чём-то думаю или решаю нетривильную для меня задачу, начинаю неосознанно покусывать штангу в языке, вот и всё, чем он моей работе мешает иногда. Окружающие подобные действия обычно даже не замечают.

 

— Приходилось ли тебе отстаивать своё право носить пирсинг на работе?

К счастью, пока ни разу. На фотографиях для всех документов я с пирсингом, и даже снимки меня никогда не просили переделать. Надеюсь, так пойдёт и дальше.

 

— Как думаешь, уважают ли тебя коллеги на работе? За что?

Уважают ли, ответить не могу, но ко мне однозначно прислушиваются.

 

— Что бы изменилось в твоей работе, если бы у тебя не было пирсинга и татуировок?

В работе изменилось бы её качество. Внутренний комфорт — это залог продуктивной деятельности для меня. Смена внешнего вида в угоду работодателю с немалой вероятностью вызовет ощущение, что я уже не я и нахожусь явно не на своём месте. А там и до ухода по собственному желанию недолго.

 

— Хочешь что-нибудь сказать нашим читателям напоследок?

Да, кое-что сказать хочется. Во-первых, никогда не переставайте расти и развиваться. Изучайте иностранные языки, но и о родном не забывайте, пробуйте себя в математике и химии, читайте статьи по биологии и медицине. Это и отличная разминка для мозга, и в некотором роде вклад в своё светлое будущее: никто не знает заранее, что будет завтра и что завтра пригодится. Нередко мы заканчиваем в школу и по инерции идём в ВУЗ на специальность, о которой имеем весьма слабое представление, а потом — снова по инерции — плетёмся на нелюбимую работу и живём от пятницы к пятнице. Если вы вдруг скатываетесь в подобную жизнь, остановитесь на минутку и подумайте, этого ли вы на самом деле хотели.

Во-вторых, если вы ищете работу или по долгу службы общаетесь с разными людьми даже в рамках своего отдела, не забывайте об опрятности. Человек с чистыми волосами и в свежей рубашке гораздо приятнее в общении, чем замарашка с жирными прядками, и даже дерзкий пирсинг на лице первому «простят» с гораздо большей вероятностью, чем второму.

Ну и в-третьих, обращайтесь к профессионалам, обращайтесь в Скальпельбург! У меня очень нежная, капризная кожа, нередко пирсинг заживает долго и с осложнениями, все предыдущие пирсеры меня просто бросали с фонтанами гноя и огромными шишками в местах проколов. В St. Scalpelburg же консультируют и помогают вплоть до полного заживления прокола. Это ответственный подход. Это очень, очень важно.

 

Выбрать пирсинг для себя